Категории

Ляля читать онлайн

АРНИ Пашаян - "ЛЯЛЯ"// Official Music Video // 2016 (Music: Humood Alkhudher)

Онлайн книга Пари. Автор книги Ляля Брынза

Свернуть не туда… Как от этого может измениться жизнь? Скажете, что это все абсурд? Я рассмеюсь вам в лицо…

Зачем я пошла через тот двор? Ведь знала, что он не освещается… Но, толку сейчас себя в чем-то винить. Особенно, когда лежишь на холодной, мокрой, после прошедшего утром ливня, земле, словно безвольная тряпичная кукла и смотришь в звездное небо, а из раны на шее утекают последние капли жизни…

Я умираю… Говорят, что перед смертью можно увидеть всю свою жизнь. Это правда. Я видела. Довольно скучное зрелище. Детство — школа — первая любовь — первый поцелуй — университет — алкоголь и сигареты — первый секс и все… Я даже университет не успела окончить…

Но обо всем по порядку. Разрешите представиться. Ольга. Для друзей просто Ляля. Почему это детское прозвище ко мне прицепилось? Может все из-за моей внешности? Мне двадцать лет, а на вид с трудом можно дать семнадцать. Скажете, что это здорово? Нет, особенно если тебя везде считают за школьницу и не пропускают, например, в клуб, мотивируя тем, что ?детям вход воспрещен?. Мало того, мой рост составляет всего полтора метра. К этому добавьте еще длинные, кудрявые, русые волосы, вздернутый носик, пухлые губы и огромные синие глаза. Настоящий ребенок. Столько проблем у меня из-за такой внешности… Эх…

Родители всегда видели во мне маленькую девочку, свою ?Лялечку? и одевали соответственно, как куклу: в розовые платьица с рюшами, юбочки, кофточки, ленточки и бантики. Да, и отношение ко мне было ?сюси-пуси-муси?. Даже сейчас мама пытается подсунуть мне разнообразные платья, хоть я и живу отдельно, а у них есть другая ?кукла?. Моя младшая сестра Маргарита. Ее в семье называют ?Цветочек?. Мне Риту жалко, но ей, кажется, такое отношение родных даже нравится. Одноклассники никогда не посвящали меня в свои ?тайны?, считая недостойной. А один парень (он на класс старше учился) всегда угощал конфетами и трепал за щечку. Хотя, была польза — меня никто не обижал. Друзей у меня было мало, очень мало. Всего-то двое, да и те не учились в моей школе. Сережа, паренек с соседнего двора, хулиган и затейник различных приключений: с ним можно было даже на северный полюс отправиться. Да, Сережа был моей первой любовью, но, как это часто бывает, не взаимной. Парень видел во мне младшую сестренку, которую нужно защищать и оберегать. Вторым моим другом, точнее подругой, была Маришка. Самая близкая, кому я могла рассказать все на свете, все сокровенные и страшные тайны. Но потом она выросла, изменила имя на ?Мари? и при всех знакомых и незнакомых рассказала о моей тайной страсти к Сереже. С тех пор у меня нет подруги. Тогда я думала, что не может быть ничего хуже измены подруги. Ошибалась… Хуже, когда твой любимый, твоя мечта подробно объясняет, что любви между вами быть не может. Больно? Больно…

Потом был университет, где почти на каждом повороте приходилось показывать документ, что мне уже есть восемнадцать. Приемная комиссия трижды просматривала мой паспорт и аттестат об окончании школы. Одногруппники тоже не воспринимали меня всерьез, и только когда на них наорала стали брать в свою компанию. Вот тогда я впервые попробовала алкоголь (какой-то коктейль), первый раз курила (гадость!) и по пьянке переспала с незнакомым парнем. Потом был месяц страшных ожиданий, но мне повезло, не залетела и ничего не подцепила.

И вот, я студентка третьего курса, возвращалась домой из библиотеки. Это правда. Завтра у нас коллоквиум из социологии, а преподаватель — настоящий зверь, ему всю возможную информацию нужно рассказывать, а-то как начнет вопросами засыпать. Не откопаться потом. Наверное, ему такое издевательство над студентами особое удовольствие приносит. Вот, возвращалась я домой. Уже начало темнеть, для осени это привычно. И, проходя мимо соседнего с моим домом двора, мне остро захотелось сократить дорогу, тем более что впереди нарисовалась не совсем трезвая компания парней. Днем этот двор вполне нормальный, такой же, как и все остальные, но ночью здесь было жутко и темно. Я ускорила шаг, хорошо, что кроссовки одела, а не туфли на шпильке. Почти дошла до освещенного проема между домами, как меня схватили и прижали спиной к стене. А потом укусили за шею. Сначала, даже не поняла что происходит… Потом подумала, что это все лишь какой-то ночной кошмар и я, наверное, просто сплю… Но боль в шее говорила о том, что все реально… Вдруг, укусившего меня психа (ну, а как еще назвать этого субъекта?) от меня отшвырнуло. Мои ноги подкосились и я упала. Где-то сбоку доносились звуки драки, но мне было все равно, я умирала…

Всегда думала, что умирать страшно. Ведь больше не буду дышать, думать, смеяться, ощущать… Но, вот сейчас, уходят последние секунды жизни, а мне все равно. Просто жаль, что я не успела пожить еще чуть-чуть…

Надо мной кто-то склонился. Парень, лет двадцати пяти, симпатичный, но в сгущающейся темноте не очень хорошо видно. Незнакомец, склонив голову, рассматривал меня. Я смотрела в его бесстрастные глаза (а они светились во тьме удивительными синими огоньками) и не понимала. Почему он мне не помогает? Не спасает? Парень улыбнулся и поднес руку к своим губам. Зачем он целует запястье? Потом незнакомец прижал свою руку к ране на моей шее. Странный… Тело пронзила жгучая боль, в глазах потемнело… Прощай жизнь…

Сквозь сон к сознанию пробивался надрывный плач. Это меня и разбудило. Наверное, соседи вновь напились, и Генка побил свою жену. Да, что ж, она так воет! Я недовольно зарычала и распахнула глаза. Мой взгляд уперся в незнакомый потолок. Откуда знаю? В моей комнате потолок разрисован. Я, как только переехала на свою собственную квартирку, сразу же попросила знакомого художника нарисовать там звездное небо. Получилось замечательно и красиво. А этот потолок был легкого розового цвета, словно небо перед рассветом. Резко села. Причем ?резко? получилось очень быстро, я не успела даже нормально подумать об этом движении, как уже сделала его. Комната поражала своей красотой и шикарностью: дорогая мебель, такую только в сериалах показывают, на огромном окне тяжелые шторы с вышивкой, кажется, золотой нитью, да и я сидела на широченной кровати. В комнате царила полутьма, но все предметы были удивительно четкими. Плач перешел в вой. Его источником была согнутая фигура девушки в дальнем углу.

Я решила подойти поближе, спросить, что же с ней случилось, почему плачет и, черт побери, где я нахожусь.

Источник: https://libking.ru/books/love-/love-sf/419216-nataliya-malevannaya-lyalya.html

Наталия Малеванная - Ляля

Ляля

 Ляля была несчастна. Вот был бы у неё отец, он бы за неё заступился. А мама... Только и знает своё "Будь выше". Нет, она, конечно же права, надо учиться, а не бегать по свиданкам, но попробовал бы кто-нибудь сказать ей, что в пятнадцать неприлично быть нецелованной! А когда отца нет, то и заступиться некому. Мама говорила, что он умер ещё до рождения девочки.

  Интересно, какой он был? Наверное, сильный, весёлый и добрый, ведь мама не могла бы полюбить другого человека. Она и Ляле всегда говорила, что надо искать себе сильного, чтобы был опорой, доброго и любящего, чтобы жить с ним долго и счастливо. Ляля встретит именно такого. Не принца на белом коне, принцев не бывает, но сильного, доброго, красивого, того, кто будет любить её всю жизнь. А уж как она его будет любить! Она даже знала, как его будут звать - только Виктор, как звали папу. Но, надо учиться, закончить школу, поступить в университет, стать там лучшей, чтобы Он её заметил. И тогда эти дуры не посмеют даже рта раскрыть в её сторону.

  Школа далась легко - приятно быть на хорошем счету у учителей. Оценки по ЕГЭ тоже не разочаровали. Оставалось выбрать, куда поступать. Ляля хотела в театральный, хотя мама была категорически против. Она в красках рассказывала дочери про жизнь артистов, о том, что большинство из них так и выходят на пенсию никому не известными, больными из-за постоянных разъездов, плохого питания и огромных нагрузок, а главное - без семьи. Это всё и решило. Ляля не хотела без семьи. Семья должна быть обязательно. И двое детей. Даже трое. Да, трое. И Ляля поступила в архитектурный.

  Ехать поступать в другой город не разрешала мама. Да Ляля и сама не хотела, понимая, что живя в общежитии, не сможет хорошо учиться, а главное, не сможет общаться с этими ужасными распутными девчонками и приставучими парнями. То ли дело дома!

  Целых три года всё шло замечательно, точно по плану. Ляля научилась ладить с девочками в группе, не подпуская никого слишком близко, учиться стало тоже гораздо легче. Она даже чуть не влюбилась в однокурсника, даже начала с ним встречаться. Но Серёжка повёл себя крайне неприлично, полез целоваться и, подумать только, схватил Лялю за грудь прямо через футболку. Она обругала нахала последними словами, дала пощёчину и убежала. Какие всё-таки эти парни козлы!

  С тех пор Ляля дала себе слово, что в её жизни будет лишь один мужчина. Конечно же Он, тот, кого она ждет всю жизнь, кому она отдаст всю себя без остаточка.

  А потом умерла мама. Однажды она просто не проснулась утром - сердечная недостаточность, сказали врачи. Что они понимают! У девушки будто выбили землю из-под ног, будто воздух пропал, у неё самой теперь сердечная недостаточность... Ляля три дня плакала не выходя из спальни, университет был забыт.

  Через неделю оказалось, что мир вокруг всё ещё существует, люди живут, а к сессии она не готова. Этого Ляля допустить не могла. Мама бы не одобрила, поэтому надо продолжать.

  Теперь учиться было гораздо тяжелее. Приходилось готовить и стирать самой, некому было напомнить о предстоящей контрольной, исправить ошибки в докладе. А самое главное, надо было каждый вечер входить в пустую холодную, ставшую чужой, квартиру.

  Со временем появилась новая, неизвестная доселе проблема - деньги. Лялина семья никогда не была богатой, не могла позволить себе никакой роскоши, на одну-то мамину зарплату, но прежде Ляля даже не думала, откуда берутся деньги. Когда нужна была какая-то мелочь, мама просто давала необходимую сумму, а откуда эта сумма появлялась у мамы, девушка не знала. Нет, конечно же, Ляля знала, что когда получит диплом, то будет зарабатывать большие деньги. Но сколько это - "большие деньги", она представляла себе очень смутно.

  А теперь ей пришлось доставать деньги самой. Устраиваться на работу. От одной мысли Ляле становилось не по себе и по спине бежали холодные мурашки. Почему-то ей представлялся рынок рабов, и она, обнажённая, прикрытая лишь опахалом из перьев, стоит на помосте, звеня цепями на руках и ногах. Она понимала, что это глупость, что такое было, может, где-нибудь на востоке и то давным-давно, но отделаться от мысли, что она собирается выставить себя на продажу, девушка не могла.

  И вот, заветное утро. Сегодня Ляля встала очень рано и впервые со смерти матери зашла в её комнату. За косметикой. Раньше девушка красилась очень скромно - ресницы, стрелки, губы - мама не одобряла, но сегодня ей хотелось предстать перед потенциальным работодателем во всей красе.

  Всё утро она провела перед зеркалом, накладывая грим и вновь и вновь смывая его. Ничего толкового не получалось. То косметика ложилась криво, то появлялись нездоровые тени под глазами, а то и вообще, лицо выглядело так, что девушка густо краснела, видя себя в зеркале. В итоге, Ляля пошла устраиваться на работу, ограничившись накрашенными ресницами и губами.

  Подойдя к офису, она долго не решалась войти внутрь, ходила влево-вправо перед дверью, зачем-то лезла в сумочку и проверяла адрес, хотя, точно знала, что пришла туда, куда нужно.

  Наконец, из двери вышел охранник, на редкость неприятный тип, и грубо спросил, что ей надо.

  - Я... Я по объявлению. На работу.

  - Проходите. Прямо по коридору второй слева кабинет. На нём ещё табличка "Отдел кадров", - охранник сделал шаг в сторону и распахнул перед Лялей дверь.

  Сотрудник отдела кадров представилась Светланой. Она была чуть старше самой Ляли, но выглядела очень строго в красивой клетчатой юбке и белой, почти мужской, рубашке. Особенно, когда задавала свои совершенно глупые вопросы: "Почему вы выбрали именно нашу компанию?", "Как вы считаете, почему из всех претендентов мы должны выбрать именно вас?", "Какие ваши сильные стороны вы можете назвать?". Ляля краснела, бледнела, и совсем уже была готова сдаться и уйти, как вдруг, её мучительница отложила в сторону бумаги и наконец-то посмотрела на неё человеческим взглядом.

Источник: https://litnet.com/ru/reader/lyalya-b28143

Наталия Малеваная

Ляля

ПРОЛОГ

Свернуть не туда… Как от этого может измениться жизнь? Скажете, что это все абсурд? Я рассмеюсь вам в лицо…

Зачем я пошла через тот двор? Ведь знала, что он не освещается… Но, толку сейчас себя в чем-то винить. Особенно, когда лежишь на холодной, мокрой, после прошедшего утром ливня, земле, словно безвольная тряпичная кукла и смотришь в звездное небо, а из раны на шее утекают последние капли жизни…

Я умираю… Говорят, что перед смертью можно увидеть всю свою жизнь. Это правда. Я видела. Довольно скучное зрелище. Детство — школа — первая любовь — первый поцелуй — университет — алкоголь и сигареты — первый секс и все… Я даже университет не успела окончить…

Но обо всем по порядку. Разрешите представиться. Ольга. Для друзей просто Ляля. Почему это детское прозвище ко мне прицепилось? Может все из-за моей внешности? Мне двадцать лет, а на вид с трудом можно дать семнадцать. Скажете, что это здорово? Нет, особенно если тебя везде считают за школьницу и не пропускают, например, в клуб, мотивируя тем, что ″детям вход воспрещен″. Мало того, мой рост составляет всего полтора метра. К этому добавьте еще длинные, кудрявые, русые волосы, вздернутый носик, пухлые губы и огромные синие глаза. Настоящий ребенок. Столько проблем у меня из-за такой внешности… Эх…

Родители всегда видели во мне маленькую девочку, свою ″Лялечку″ и одевали соответственно, как куклу: в розовые платьица с рюшами, юбочки, кофточки, ленточки и бантики. Да, и отношение ко мне было ″сюси-пуси-муси″. Даже сейчас мама пытается подсунуть мне разнообразные платья, хоть я и живу отдельно, а у них есть другая ″кукла″. Моя младшая сестра Маргарита. Ее в семье называют ″Цветочек″. Мне Риту жалко, но ей, кажется, такое отношение родных даже нравится. Одноклассники никогда не посвящали меня в свои ″тайны″, считая недостойной. А один парень (он на класс старше учился) всегда угощал конфетами и трепал за щечку. Хотя, была польза — меня никто не обижал. Друзей у меня было мало, очень мало. Всего-то двое, да и те не учились в моей школе. Сережа, паренек с соседнего двора, хулиган и затейник различных приключений: с ним можно было даже на северный полюс отправиться. Да, Сережа был моей первой любовью, но, как это часто бывает, не взаимной. Парень видел во мне младшую сестренку, которую нужно защищать и оберегать. Вторым моим другом, точнее подругой, была Маришка. Самая близкая, кому я могла рассказать все на свете, все сокровенные и страшные тайны. Но потом она выросла, изменила имя на ″Мари″ и при всех знакомых и незнакомых рассказала о моей тайной страсти к Сереже. С тех пор у меня нет подруги. Тогда я думала, что не может быть ничего хуже измены подруги. Ошибалась… Хуже, когда твой любимый, твоя мечта подробно объясняет, что любви между вами быть не может. Больно? Больно…

Потом был университет, где почти на каждом повороте приходилось показывать документ, что мне уже есть восемнадцать. Приемная комиссия трижды просматривала мой паспорт и аттестат об окончании школы. Одногруппники тоже не воспринимали меня всерьез, и только когда на них наорала стали брать в свою компанию. Вот тогда я впервые попробовала алкоголь (какой-то коктейль), первый раз курила (гадость!) и по пьянке переспала с незнакомым парнем. Потом был месяц страшных ожиданий, но мне повезло, не залетела и ничего не подцепила.

И вот, я студентка третьего курса, возвращалась домой из библиотеки. Это правда. Завтра у нас коллоквиум из социологии, а преподаватель — настоящий зверь, ему всю возможную информацию нужно рассказывать, а-то как начнет вопросами засыпать. Не откопаться потом. Наверное, ему такое издевательство над студентами особое удовольствие приносит. Вот, возвращалась я домой. Уже начало темнеть, для осени это привычно. И, проходя мимо соседнего с моим домом двора, мне остро захотелось сократить дорогу, тем более что впереди нарисовалась не совсем трезвая компания парней. Днем этот двор вполне нормальный, такой же, как и все остальные, но ночью здесь было жутко и темно. Я ускорила шаг, хорошо, что кроссовки одела, а не туфли на шпильке. Почти дошла до освещенного проема между домами, как меня схватили и прижали спиной к стене. А потом укусили за шею. Сначала, даже не поняла что происходит… Потом подумала, что это все лишь какой-то ночной кошмар и я, наверное, просто сплю… Но боль в шее говорила о том, что все реально… Вдруг, укусившего меня психа (ну, а как еще назвать этого субъекта?) от меня отшвырнуло. Мои ноги подкосились и я упала. Где-то сбоку доносились звуки драки, но мне было все равно, я умирала…

Всегда думала, что умирать страшно. Ведь больше не буду дышать, думать, смеяться, ощущать… Но, вот сейчас, уходят последние секунды жизни, а мне все равно. Просто жаль, что я не успела пожить еще чуть-чуть…

Надо мной кто-то склонился. Парень, лет двадцати пяти, симпатичный, но в сгущающейся темноте не очень хорошо видно. Незнакомец, склонив голову, рассматривал меня. Я смотрела в его бесстрастные глаза (а они светились во тьме удивительными синими огоньками) и не понимала. Почему он мне не помогает? Не спасает? Парень улыбнулся и поднес руку к своим губам. Зачем он целует запястье? Потом незнакомец прижал свою руку к ране на моей шее. Странный… Тело пронзила жгучая боль, в глазах потемнело… Прощай жизнь…

− 1 —

Сквозь сон к сознанию пробивался надрывный плач. Это меня и разбудило. Наверное, соседи вновь напились, и Генка побил свою жену. Да, что ж, она так воет! Я недовольно зарычала и распахнула глаза. Мой взгляд уперся в незнакомый потолок. Откуда знаю? В моей комнате потолок разрисован. Я, как только переехала на свою собственную квартирку, сразу же попросила знакомого художника нарисовать там звездное небо. Получилось замечательно и красиво. А этот потолок был легкого розового цвета, словно небо перед рассветом. Резко села. Причем ″резко″ получилось очень быстро, я не успела даже нормально подумать об этом движении, как уже сделала его. Комната поражала своей красотой и шикарностью: дорогая мебель, такую только в сериалах показывают, на огромном окне тяжелые шторы с вышивкой, кажется, золотой нитью, да и я сидела на широченной кровати. В комнате царила полутьма, но все предметы были удивительно четкими. Плач перешел в вой. Его источником была согнутая фигура девушки в дальнем углу.

Я решила подойти поближе, спросить, что же с ней случилось, почему плачет и, черт побери, где я нахожусь.

− Эй, − осторожно окликнула девушку. А она от меня шарахнулась в сторону и забилась в истерике. Нет, ну я понимаю, что с утра выгляжу не особо хорошо, но не до такой же степени.

− Ты чего? — спросила у испуганной девушки. На вид ей было не больше семнадцати-восемнадцати лет. — Что случилось?

Девушка продолжала реветь, не обращая никакого внимания на вопросы, только расширенными от испуга глазами смотрела на меня.

− Ты почему плачешь? — сделала еще шаг вперед. — Все ведь хорошо. Здесь больше никого кроме нас нет. Не плачь.

"О-о-о, ну кто-нибудь, помогите, а!" — мысленно взмолилась. Не умею я утешать и успокаивать.

− А ну прекрати выть! — прикрикнула на девушку. Она мигом умолкла, только тихо поскуливала. — Ты почему ревешь?

− Я… ну… − и опять за свое.

− Ладно. По-другому попробуем. Стоп! Не реви! Тебя как звать-то? Имя?

− Ма-а-арика, − заикаясь ответила девушка.

− Марина?

− Не-е-ет. Ма-ри-ка.

− Хм, кто ж тебя так назвал, бедную? — я присела, чтобы быть на уровне ″глаза в глаза″.

− Ро-одители, − девушка дернулась.

− Ну, это понятно… Марика, а где мы находимся?

− В до-оме хо-озяи-ина, − произнесла девушка, насторожено наблюдая за мной.

− Хорошо. А я как сюда попала? − ″Какой хозяин? И чего она так боится?″

− Хо-о-озяин принес, − всхлыпнула Марика.

− Ну, а почему ты ревешь?

− Так Вы меня ведь съедите, − испуганно пролепетала девушка и вновь заплакала. — М-мне Лирра расска-азывала, что-о когда вы мо-олоды-ые, можете у-убить. А я… я только хо-озяина кормила, и с та-акими, как Вы, не у-умею обращаться.

− Не буду я тебя есть, − улыбнувшись заверила Марику. ″Вот же, придумала такое!″ — Я не… Что это так пахнет? — в ноздри ударил сладкий, приятный запах, аппетитный и такой притягательный. — Вкусно…

Марика истошно завизжала.

Все произошло слишком быстро. Я не успела осознать своих действий. Вмиг оказалась около девушки, зажала ее рот рукой, приглушая крик, наклонила голову и… укусила ее за шею, туда, где учащенно билась вена. Рот наполнился горячей, терпкой, слегка солоноватой кровью… Тук-тук-тук… Этот тихий стук… Вкус… Так приятно… Кажется, я заурчала.

− Молодец, куколка. Ешь, − услышала тихий бархатистый голос. — Молодец.

От этого мое сознание вмиг прояснилось. С отвращением оттолкнула от себя Марику, зарычала и отпрыгнула в противоположный угол. Согнувшись, обняла колени. В голове билась только одна мысль. ″Я не могла этого сделать… Это была не я…″ Нервно облизала губы… И вновь ощутила приятный вкус крови.

Рядом присел парень. Наклонив голову, я с интересом стала его рассматривать. Правильные черты лица, прямой нос, тонкие губы. Длинные белые волосы шелковистой волной спадают на плечи. Удивительно красивый, не смазливый, а именно красивый. Парень был одет только в бежевые легкие брюки, представляя моему взору мускулистое спортивное тело. Его завораживающие синие глаза смотрели на меня с каким-то особым удовлетворением.

− Красивая кукла, — голос парня прошелся по моему телу сотней мурашек, вызывая дрожь… и странное, непреодолимое желание покориться, преклониться перед Хозяином.

Парень протянул ко мне руку. Такой знакомый жест… Воспоминания замелькали перед глазами, сменяя друг друга. Библиотека, дорога домой, темный двор, боль… и этот парень…

− Я ведь… умерла? — спросила тихо, насторожено наблюдая за движением руки блондина. Парень коснулся моей щеки и нежно погладил, вновь улыбнулся. Из-под верхней губы показались острые клыки, намного больше чем у обычного человека. Миг, и зубы парня стали нормальными. − Вчера…

− Это было три дня назад, − ответил блондин, заправив мне за ухо прядь волос. — И ты не умерла. Сейчас ты живее живых. Наелась?

− Ч-что? — непонимающе спросила я, посмотрев прямо в синие глаза.

− Ты наелась? Или еще хочешь? — парень обернулся в сторону тихо плачущей Марики. — Подойди.

− Хозяин, я не… прошу… не надо, − запинаясь, пролепетала девушка, смотря на меня глазами полными страха.

− Подойди! — ледяные нотки в голосе парня угнетали, давили.

Я вся внутренне сжалась от этого тихого, но угрожающего голоса. Марика жалобно всхлыпнула, но подчинилась — не поднимаясь на ноги, подползла ко мне и покорно склонила голову, обнажая шею. То место, куда я укусила девушку, еще кровоточило, распространяя вокруг приятный и аппетитный запах. С удовольствием втянула воздух, наслаждаясь ароматом. Все прежние угрызения исчезли, я больше не слышала голос разума, шептавший о том, что это неправильно. Хотелось снова ощутить солоноватый вкус крови.

− Ешь, − ласково произнес блондин.

″Хм, будто мне нужны его указания″, − мысленно фыркнула я, припадая губами к шее Марики. − ″Вкусно″.

− Все, хватит, − после нескольких глотков я услышала строгий приказ. Голос парня вновь стал холодным. — Достаточно, куколка. Ты ведь не хочешь убить девушку. Она нам еще понадобится.

Недовольно зарычала, даже не думая выпускать из рук такую желанную и вкусную добычу.

− Я сказал, хватит! — выкрикнул блондин.

Тело пронзила боль, проникая в каждый нерв и очищая разум. ″Господи! Что я делаю? Я пью кровь… человеческую кровь!″ Оттолкнув от себя бесчувственную девушку, сжалась и закрыла голову руками. ″Что я такое?!″

− Ты теперь вампир, куколка, − усмехнулся парень.

− Вампир? — недовольно прищурилась я, наблюдая за тем, как блондин играет с прядью моих волос.

Можно ли верить словам этого незнакомца? Вампир… До сегодняшнего дня, я бы посмеялась над тем, кто бы сказал мне подобное и позвонила бы добреньким дяденькам-санитарам. Но после того, как я лично укусила Марику и пила ее кровь, не поверить было невозможно.

− И что теперь? — спросила совсем тихо, прислушиваясь к своим ощущениям. Что я знаю о вампирах? Только сведенья из книг и кино. Если делать выводы из всего этого, то вампир это живой мертвец, ″немертвый″, вынужденный питаться кровью, чтобы выжить. Ну, раз вампир это труп, значит, сердце не должно биться. Но мое бьется. Не так быстро, как прежде, но стучит. Что еще? Мои мысли перебил звонкий смех блондина.

− Куколка, не утруждай себя подобными мыслями. Ты не должна теперь думать, моя хорошая. Это буду делать за тебя я. А все человеческие рассуждения о нашей расе, по большей части выдумка, − парень провел пальцем по моей скуле и спустился по шее в ямочку между ключицами. — Куколка, у тебя час, чтобы привести себя в порядок и одеться. Я вернусь и расскажу все, что тебе нужно знать и помнить.

− Но… − я хотела возразить, но блондин прижал свой палец к моим губам, вынуждая замолчать.

− Ш-ш-ш. Первое правило, куколка. Всегда слушай меня, всегда. У тебя час. Не успеешь, будешь наказана, − показав в улыбке клыки, блондин плавным движением поднялся и пошел в сторону двери.

″Красивый″, − промелькнула шаловливая мысль. Я зачаровано следила за каждым движением вампира. Хотелось прикоснуться к нему, почувствовать как под ладонью перекатываются мышцы… И вновь из раздумий меня вывел смех парня. ″Он что, мысли читает?″

− Да, − коротко ответил парень на мой мысленный вопрос.

В это время очнулась Марика. Она поднялась на ноги и пошатываясь пошла к выходу.

″Это я виновата в ее теперешнем состоянии. Я…″

− Куколка, не скучай, − улыбнулся блондин, вновь обнажая свои клыки, заставив меня содрогнуться от отвращения.

− Как тебя хоть зовут? — спросила я, когда вампир обернулся чтобы выйти из комнаты.

− Макс, − не оборачиваясь, ответил парень. — Но ты можешь называть меня Хозяином.

− Не дождешься, Макс, − раздраженно пробормотала я к закрытой двери.

− 2 −

″Вампир… Ха-ха, вампир. Абсурд. Вампиры существуют. Полнейший бред! Но как объяснить то, что я пила кровь? Вампир… Я теперь вампир… Ну, ничего, привыкну. Наверное…″

Мысли беспорядочно бродили в голове, пока я рассматривала комнату. Взгляд натолкнулся на огромное зеркало в противоположном углу. ″И в этом меня видел вампир?″ Щеки запылали от смущения. На мне была надета короткая полупрозрачная ночная рубашка, которая ничего не скрывала. Абсолютно ничего.

Дверь в ванную комнату нашлась слева от кровати, почти незаметная на фоне обоев. На принятие ванны у меня времени явно не хватит, поэтому я забралась в душевую кабинку. Теплые струи воды расслабляли и приводили мысли в порядок.

″Что же, будь, что будет. Поживем — увидим…″

Вдруг за стеклом кабинки промелькнула тень. Быстро выключив воду, я прислушалась. Тихо, никаких звуков. Осторожно открыв кабинку, выглянула. Никого. Выйдя, обернулась в полотенце и оглянулась в поисках хотя бы халата. Искомый предмет не был найден, а прозрачное безобразие, гордо именуемое ночной рубашкой, исчезло. Я кожей ощутила чье-то присутствие, а когда раздался стук в дверь, подпрыгнула от испуга.

− Куколка, выходи, − раздался с той стороны довольный голос Макса.

″Значит, тень мне не показалась и он подглядывал″.

− Как ты могла такое обо мне подумать, − негодующе произнес вампир. — Куколка, вспомни первое правило, выходи.

− Но у меня нет одежды! — привела я весомый аргумент.

− Я знаю, − нагло ответил мне вампир. − Выходи.

− Дай мне что-нибудь из одежды.

− Нет.

− Макс, я не выйду в таком виде, − возмутилась я, туже затягивая на себе полотенце.

− Не переживай, Куколка. Я уже там все у тебя видел, − рассмеялся вампир.

− Да, как… Да, ты… − задохнулась я от негодования, не в силах хоть что-то сказать внятно.

− Я твой хозяин и ты принадлежишь мне, − холодно произнес Макс, потеряв всю веселость. — В последний раз говорю, выходи.

Мой взгляд панически заметался по комнате. Не придумав ничего лучше, я распустила свои волосы. Они у меня длинные и послужили плащом. Вот в таком виде, красная от гнева и смущения, я и вышла к Максу. Вампир похабно улыбнулся, рассматривая меня. Легким и быстрым движением он сдернул с меня полотенце.

− Не нужно от меня прятаться, − произнес он в повелительном тоне.

Я закрыла глаза, чтобы не видеть довольной ухмылки вампира, но каждым миллиметром кожи ощущала изучающий колкий взгляд Макса. Легкое прикосновение к моей груди заставило судорожно задержать дыхание и распахнуть глаза. ″Мамочки!″

− Ты девушка? — тихо спросил Макс, наклонившись к моему уху. Вампир все так же держал в своих руках мою грудь, медленно поглаживая. А я нет чтобы оттолкнуть от себя этого упыря, стояла, замерев на месте. Это совсем на меня не похоже. Да, я никому не позволяла таких вольностей с собой. А тут незнакомый пар… вампир, и делает со мною такое!

− Ты девственница? — вновь спросил Макс и лизнул меня в шею, вызывая в теле предательскую приятную дрожь.

− Н-не-е-ет, − выдавила из себя, осипшим голосом. ″Да, что ж я стою как истукан?! А ну собралась и двинула в морду этого клыкастого! Вот сейчас… Ну же!″

− Хорошо, − прошептал вампир. Одна его рука соскользнула мне на живот, а другой он провел по моему позвоночнику от шеи до поясницы.

″Господи! Что он задумал?″

− Ты… ты это… правила… да, правила обещал рассказать, − пролепетала я, пытаясь отвлечься и не думать о руке вампира, которая медленно спускалась по моему животу все ниже.

− Ш-ш-ш, маленькая, − пробормотал Макс и поцеловал меня в шею. Тело сотрясла крупная дрожь, а внизу живота скрутился горячий клубок. Я ухватила вампира за плечи, сама не понимая для чего: то ли чтобы оттолкнуть, а то ли чтобы притянуть ближе и задушить в объятиях.

− Ладно, оставим это на потом, − холодно произнес Макс и отстранился.

″Не поняла. Куда?″

− Иди сюда, я тебя одену, − вампир подошел к комоду, достал оттуда что-то черного цвета и вновь подошел ко мне, потому что я так и продолжала стоять на месте. Черное кружевное белье, черный с золотой вышивкой шелковый халатик. Все как раз моего размера. ″И откуда он все узнал?″ Стоически терпела пока, Макс меня одевал. Это было так унизительно, словно я всего лишь игрушка.

− Я много чего о тебе знаю, Ляля, − ответил на мой мысленный вопрос парень. Рядом с кроватью стояли пушистые черные тапочки, которые Макс одел мне на ноги. ″Какое-то странное предпочтение черному цвету″, − мысленно отметила я, хотя сам вампир был одет в темно-синие брюки и белоснежную рубашку с тремя расстегнутыми верхними пуговицами и завернутыми до локтей рукавами. Макс отошел на шаг, осмотрел меня, довольно хмыкнул и, ухватив меня за руку, потянул к выходу.

− Э-э-э, я в таком виде ходить буду? — спросила я, упираясь ногами, но тапочки легко скользили по ковру.

− Да, − спокойно ответил вампир, совершенно не замечая моего сопротивления. — И теперь, куколка, ты будешь одевать только то, что захочу я. Перед сном Марика принесет тебе одежду на завтра. И кстати, Марика с сегодняшнего дня будет лично прислуживать тебе… и кормить.

− Она боится меня. И я… я ее укусила, − возразила, совершенно не задумываясь, что в общем-то мне домой нужно, а не размышлять о том, кто мне прислуживать будет. — Я виновата, что ей сейчас плохо.

− Хорошо, что ты это осознаешь, − кивнув, произнес вампир, открыв передо мной дверь. — Думаю, когда ты будешь в следующий раз питаться, не забудешь об этом и никого не убьешь. Таких, как ты, сложно контролировать, вы подвержены чрезмерной жажде, легко увлекаетесь. Хотя из вас получаются отличные слуги.

− Такие, как я? Что ты имеешь в виду? — спросила Макса, стараясь идти с ним в ногу и рассмотреть все вокруг.

″Это явно был частный дом, а не какая-нибудь квартира. Не было слышно никаких звуков, шума машин, значит или здесь очень хорошая звукоизоляция, или мы далеко от города. Кажется мне, что второй вариант более верный″.

− Существуют вампиры рожденные и обращенные, − объяснил Макс, отвлекая меня от разглядывания интерьера. — Кстати, ты первый обращенный вампир, созданный за последнюю сотню лет.

− И много вас… вампиров?

− Нас, − поправил меня Макс. — Ты теперь тоже вампир. Не много, двести пятьдесят восемь.

− У вас… нас, что перепись населения тоже есть? — ехидно спросила я, но веселье тут же пропало под строгим взглядом вампира.

− Наша численность строго контролируется. Мы не можем потерять кого-то из нашей расы. Поэтому вынуждены скрывать свое существование, чтобы не началась охота…

− Зачем ты меня обратил? — перебила я назидательную речь Макса, чем заслужила свирепый взгляд. В синеве его глаз вспыхнули красные искорки.

− А ты хотела умереть? — с презрением спросил вампир, останавливаясь посреди комнаты. Это, кажется, гостиная.

− Мне было все равно. В тот момент, − ответила, осматривая комнату. И здесь, как и во всем доме, была дорогая мебель. — Так зачем?

− Подумал, что это будет интересно и забавно, − произнес Макс, пожав плечами. — Я могу уничтожить тебя в любой момент, стоит тебе только выйти из-под моего контроля. Так что советую слушаться меня, куколка.

− Ты отпустишь меня? Хоть когда-нибудь, − спросила, с надеждой посмотрев в синие глаза блондина. — Я обещаю ни на кого не нападать.

− Нет. Ты создана, чтобы служить мне. И больше не спрашивай меня об этом.

− Ты не имеешь права держать меня здесь против моей воли! Ты… ты… Это противозаконно!

− Ляля…

− Не называй меня так. Мое имя Оля. О.Л.Я!

− Куколка, − угрожающе произнес Макс. Весь мой воинственный запал тут же пропал. — Ты принадлежишь мне, полностью. Я твой хозяин. И пока ты мне не наскучишь, будешь жить. А отпустить тебя я не могу, даже если бы хотел. Но, во-первых, я этого не хочу и не захочу, а во-вторых — ты опасна для окружающих. Подумай, ведь если ты вернешься к своей прежней человеческой жизни, можешь потерять над собой контроль и убить кого-то. Например, свою младшую сестру.

− А что будет когда я тебе наскучу? − спросила тихим голосом, понимая, что вампир прав.

− А что делают с ненужной вещью? — ответил вопросом на вопрос Макс и погладил меня по щеке. — Так что, постарайся мне не наскучить. А теперь слушай и запоминай то, что я тебе расскажу…


После разговора Макс отвел меня назад в комнату.

− Отдохни куколка, − вампир провел пальцами по моей щеке. — И если проснешься днем, не открывай шторы. Не сгоришь, но жаль портить твою красоту, − улыбнувшись, Макс ушел.

Спать мне не хотелось, хотя чувствовала я себя разбитой и опустошенной. Сложно осознать и принять свое новое существование. Завернувшись в одеяло, уселась в центре кровати. В таком своеобразном ″коконе″ было уютно. Мысли постоянно вертелись вокруг рассказа Макса.

Оказывается, вампиры — параллельная людям раса. Спокон веков они живут рядом друг с другом. Откуда берет начало род вампиров, никто не знает, даже самые древние из них. Не осталось никаких записей об этом, только легенды и придания. Внешне отличить вампира от человека невозможно, ну если только не заглянуть в рот и не попросить продемонстрировать клыки. В крови вампиров находится какой-то особенный ген, который и делает их другими. Именно благодаря этому гену у них во много раз развиты все чувства — слух, осязание, зрение, обоняние, они умеют предчувствовать опасность. Но, так же у них обострены эмоции. Именно поэтому вампиры учатся контролировать себя и глушат проявление любых эмоций, становятся ″бездушными″. И любят они один раз за все свое существование. Многие из вампиров считают это своим проклятием.

Особенный ген в крови обеспечивает вечную жизнь своему носителю, но за это вампир должен пить кровь. Человеческую кровь. И кровь животных не подходит. Поэтому у каждого вампира есть специальные доноры — люди, посвященные в тайну. Донору обеспечивают ″беззаботную″ жизнь в обмен на кровь. Такое явление появилось совершенно недавно — двести пятьдесят лед назад, но остались еще те, кто любит питаться по старинке и охотится на людей, желая ощущать страх жертвы. Почти всегда такая охота заканчивается смертью человека. Именно один из таких ″любителей″ напал на меня.

У вампиров существует своя иерархия, во главе которой сидят девять Старейшин, составляющих Совет. Эти вампиры считаются самыми чистокровными, а поэтому и влиятельней и сильнее остальных. Они строго соблюдают чистоту крови. В их семьях родятся исключительно мальчики, поэтому в жены выбирают только девушек из аристократических семей вампиров. Кресло Старейшины переходит в наследство его сыну и никому другому. Эти вампиры наделены умениями читать мысли других, влиять на разум и подчинять своему контролю.

Параллельно Совету существуют Судьи. Их тоже девять. Они не подчиняются никому, даже Старейшинам. Их функцией является наблюдение за тем, чтобы вампиры чтили и исполняли Законы расы. Судьи также исполняют роль Карателей — согласно нарушению закона, выносят приговор и исполняют его. Судьей не рождаются — им может стать, как простой вампир, так и представитель аристократии или даже сын Старейшины, хотя последнее случается очень и очень редко. Макс говорил о каком-то знаке, благодаря которому и избирают Судей. Что интересней всего, если умирал Судья, то в то же самое время знак проявлялся на другом вампире, чаще всего маленьком мальчике, которого потом обучали. Эти вампиры умеют причинять физическую боль волей мысли, владеют гипнозом, могут внушить любую мысль или фантазию, стирать память.

Отдельно также существуют Воины. Это особые вампиры, наделенные специфическими возможностями — они сильные физически, быстрее, легко обучаются всему и умеют становиться ″дымкой″. Что это такое, Макс не объяснил. Воины в последнее тысячелетие стали рождаться все реже, а в живых осталось всего трое.

Остальные вампиры делятся на аристократию — представители знатных родов, и на простых вампиров.

Из людей вампиры создавались только для служения. Но то ли люди становились умнее или влияли какие-то генетические особенности, Обращенные становились неконтролируемыми. Они руководствовались только своими желаниями, шли на поводу жажды, которая была сильнее, чем у рожденных. Сто лет назад Обращенные восстали против своих Хозяев. Погибло много людей, впрочем, среди чистокровных вампиров тоже не обошлось без жертв. Совет Старейшин принял решение уничтожить всех Обращенных и был наложен запрет на создание новых. Я спросила Макса, не нарушил ли он закон, создав меня. На что вампир ответил, что Судья все-таки имеет некоторые привилегии. Да-да, оказывается, Макс — Судья вот уже шестьсот восемьдесят лет. Еще Макс рассказал о ″слабостях″ вампира. Ни кресты, ни святая вода, ни другая религиозная атрибутика не страшна, потому что вампир это не восставший мертвец, а живое существо, как и человек. Вот только солнце, хоть и не смертельно, но действует пагубно — оставляет ожоги, которые болезненно и медленно заживают. Из любопытства я спросила у Макса, как же убить вампира. На что он широко улыбнулся и сказал, что придет время, и сама это узнаю. И так выразительно на меня посмотрел, что узнавать сразу перехотелось.

″Так что, нужно как-то жить, привыкнуть″, − сделала я вывод. − ″И с Максом лучше найти общий язык, договориться. А потом, как только научусь себя контролировать, а я обязательно научусь, можно будет подумать о побеге″.


Приблизительно через два часа в коридоре послышались тихие шаги. Потом скрежет ключа в замке и дверь открылась. В комнату осторожно вошла Марика. Девушка огляделась и вздрогнула, встретившись со мной взглядом, и замерла на месте, держа в руках два пакета с логотипом какого-то магазина.

− Не бойся, − произнесла я, не двигаясь. Прислушалась к своим ощущениям. ″Ничего. Вроде кусаться не собираюсь″. — Прости меня, пожалуйста. Я не хотела тебя кусать… ну, то есть хотела, но не в том смысле… Оно само собой получилось… Инстинктивно. Прости.

− Хозяйке не нужно извиняться, − пролепетала Марика, медленно продвигаясь к комоду.

− Какая я тебе хозяйка? Называй меня Олей, − беззаботно произнесла, улыбнувшись. Но тут же вспомнила о своих клыках и быстро захлопнула рот. Не нужно пугать девушку еще больше. — Марика, а как ты оказалась здесь? Ну, стала ″донором″?

Девушка положила пакеты на комод и отошла к двери, не сводя с меня взгляда, и только там расслабилась.

− Если хозяйка желает, я могу рассказать, − ответила Марика, кивнув.

− Пожалуйста, называй меня по имени. Я тебе не хозяйка. И если уж будем проводить время вместе, хочу, чтобы мы хоть немножко подружились. Так что, я — Оля.

− Хорошо, − нерешительно согласилась Марика.

″Интересно, что ей наговорил Макс, что девушка величает меня хозяйкой?″

− Так, как ты оказалась здесь? — задала я интересующий меня вопрос, но вспомнив о приличиях и манерах, поспешно добавила: − Но, если не хочешь рассказывать, то я все пойму и не буду расспрашивать.

− Здесь нет тайны, Хо… Оля, − Марика впервые улыбнулась. Пусть нерешительно, но это была улыбка. — Уже много веков мои родные находятся в услужении семьи Хозяина. Для нас это огромная честь, − девушка гордо вздернула подбородок. — Я всего лишь год назад была назначена кормить Хозяина. Он очень хороший. Не такой как другие из вашей расы.

″Хороший?″ − мысленно фыркнула я, посмотрев на довольное лицо Марики. − ″Я бы сказала, какой он, только вот приличных слов для этого нет″.

− Хозяин не делает мне больно. Это так… так… приятно, − продолжала рассказывать девушка. — И он не только пьет мою кровь, он… − Марика замолчала и смущенно опустила голову.

− Понятно. Еда в постель, − презрительно хмыкнула я. ″Какой же этот Макс… мерзкий!″ Девушка вскинула голову и со злостью посмотрела на меня. — Ой, прости. Я не хотела тебя обидеть… Прости.

− Мне не за что Вас прощать, Оля. Меня полностью устраивает такая жизнь. Хозяин нежен со мной. Но…

− Ты его любишь, − пробормотала я, осознав этот факт. То как она говорила о вампире, ее взгляд, смущение. — А Макс знает о твоих чувствах?

− Думаю, для Хозяина это не тайна, − с вызовом ответила Марика. ″Ну, да. Он ведь мысли может читать″. — Но я не ровня ему. Всего лишь человек. А теперь… Теперь есть Вы.

− Я? Э-э-э, вообще-то, я не собираюсь занимать твое место. Знаешь, мне не особо хочется быть… хм, постельной утехой Макса.

− Но как? — ошарашено спросила девушка. — Хозяин такой красивый. Ни одна женщина не может устоять перед ним.

− Я не любая. И пусть Макс тр… кхм, спит с кем хочет, но только не со мной.

− Но… Оля, я Вас не понимаю. Как можно не хотеть такого мужчину, как Хозяин? — изумилась Марика.

− Он мне не нравится, − рыкнула я на девушку, хотя раньше за собой подобной агрессии не замечала. — Вот ты его любишь, так и т-т… спи с ним!

− Но меня он больше не хочет! — обижено выкрикнула Марика, а в ее глазах заблестели слезы.

″Опять реветь будет. Ну, на этот раз хоть не я этому причина. Или я?″ Повнимательней присмотрелась к девушке. Марика прожгла меня ненавистным взглядом и вышла из комнаты. ″Все-таки я″.

Больше меня никто не тревожил. Засунув свой любопытный нос в принесенные девушкой пакеты, нашла там красивое синее платье из шелка, которое смело можно было надевать на светский раут, и туфли на высоченном каблуке.

− На таких только ноги удобно ломать, − пробормотала, запихнув вещи назад в пакеты.

Посидев в одиночестве еще полчаса, легла спать. ″Это был очень насыщенный день… ночь. Столько всего… Интересно, что будут делать родители, когда обнаружат, что я пропала?″ Ответить на свой вопрос мне не удалось. Навалилась усталость и я моментально уснула.

− 3 −

Утро, а точнее вечер… Или для вампира это все-таки утро? Э-э-э, не важно. Новый день моей новой жизни начался для меня как обычно. Вообще-то я — сова, просыпаюсь трудно и медленно. И в вампирской жизни своим привычкам не изменила. ″Хм, как быстро я смирилась с тем, что теперь не человек″.

Понежившись в постели полчасика, все-таки решила, что пора уже и вставать. Не открывая глаз, поднялась с постели и потопала в ванную. На удивление, по дороге ничего не спихнула и ни на что не натолкнулась. Умывшись, наконец-то открыла глаза. Лучше б спала дальше. В зеркале отражалось нечто страшное — бледное создание с всклоченными волосами, злым клыкастым оскалом и голодными глазами, радужка которых сейчас была лиловой. Показав отражению неприличную конструкцию из пальцев, принялась чистить зубы, хорошо, что нужные предметы гигиены присутствовали. С этим важным утренним ритуалом справилась только за двадцать минут. Нет-нет, я не о состоянии зубов беспокоилась. Просто… Вы когда-нибудь чистили зубы, когда там находятся два огромных клыка? Жутко неудобно! Дальше на повестке дня было выдергивание волос, именуемое в простонародье расчесыванием.

Я как раз успела надеть на себя платье, когда дверь в комнату открылась, и вошел Макс. Одетый в синюю рубашку и черные брюки, он выглядел еще красивее, чем вчера. Вампир быстрым взглядом осмотрел меня с ног до головы. Даже мурашки по спине пробежались. ″Бр-р-р, словно рентгеном″.

− Привет, Ляля, − улыбнулся Макс, подходя ближе. Мне в нос ударил сладкий аромат его крови. Рот наполнился слюной. — Как спалось?

Вампир еще что-то говорил, но я не прислушивалась к его словам. Мне хотелось обнять Макса, прижаться к нему, прикоснуться губами к шее парня, туда, где находиться вена, и…

− Ляля, − насмехаясь окликнул меня Макс.

Туман в голове рассеялся, мысли обрели ясность и… И оказалось, что я выпрыгнула на вампира, обвив его руками и ногами, при этом платье задралось почти до талии. Мои губы находились в паре сантиметров от такой соблазнительной шеи Макса. Я непонимающе заглянула в глаза парня.

− Проголодалась, малышка, − ухмыльнулся вампир и погладил меня по… кхм, попке, за которую поддерживал. — Куколка, мы будем пить друг друга не так. Не для того, чтобы насытиться, а чтобы получить удовольствие. Я покажу тебе, как это приятно, − Макс приблизился к моему уху и прошептал: − Когда я буду двигаться в тебе…

− Я не буду с тобой спать! — выкрикнула и толкнула ладонями парня в грудь, забыв тот факт, что он держит меня. В результате, я упала на пол, больно ударившись копчиком.

— По своей воле никогда! — подняв голову, прожгла Макса яростным взглядом. — Не буду с тобой спать!

− Ляля, − снисходительно произнес вампир, словно обращался к капризному ребенку. Поднял меня на руки и сел на кровать. — Я никогда не принуждал женщин к сексу. И тебя не буду. Ты сама попросишь об этом.

− Нет! Никогда! — прорычала, и попыталась слезть с колен этого самоуверенного кровопийцы. Макс только сильнее сжал меня. Что-то внутри хрустнуло. Кажется, ребра.

− Не зарекайся, моя хорошая, − сладко произнес вампир, немного растягивая слова, и коротко поцеловал меня в губы. — Хорошо, − поднявшись с кровати, Макс поставил меня на ноги рядом с собой, − идем, покормим тебя. Мне не нужен вампир, бросающийся на первую попавшуюся еду.

При слове ″еда″ я едва не захлебнулась слюной и бросила мимолетный взгляд на шею блондина. И тут же мысленно обругала себя, сдерживаясь, чтобы не наброситься на Макса. Было трудно, но получилось.

− Молодец, куколка, − довольно хмыкнул вампир. — Пойдем. А потом посмотрим на что ты еще способна. Только переодену тебя после завтрака. Не стоит портить платье.

− А что…

− Ш-ш-ш, − Макс приложил палец к моим губам, заставляя замолчать, − потом.

Пока мы шли куда-то коридорами дома, вампир не отпускал моей руки, легко, но в то же время надежно удерживая. И как бы странно это не звучало, я была благодарна ему за это. Каждый встреченный нами слуга, будь то женщина или мужчина, распознавался мной, как еда. Вкусная, теплая, таящая в себе соблазнительную и желанную кровь.

− Побудь здесь. − Макс завел меня в какую-то комнату, коварно улыбнулся, и ушел, заперев за собой дверь.

Я растеряно оглянулась, остановившись в центре помещения. Окон нет, красные обои на стенах, под ногами натертый до блеска паркет, никакой мебели, только два длинных дивана из черной кожи под стенами друг против друга. Прошло минут десять, но никто ко мне не пришел. Голод все больше терзал меня. ″Наверное, так себя чувствует наркоман без дозы″, − подумала, обхватив себя руками. Внутри все больше поднималось волнение, по телу пробегала мелкая дрожь.

В дверном замке проскрежетал ключ, а я замерла в предвкушении, даже дыхание задержала. Ожидала увидеть своего блондинистого вампира, но в комнату вошел незнакомый парень. Не слишком старше меня, темные волосы, карие глаза. Ничего другого не заметила, учуяв запах, исходящий от парня. Незнакомец без страха сделал несколько шагов ко мне, а я словно завороженная не мигая смотрела на шею парню, не в силах отвести взгляд. ″Пить. Пить. Как же хочется пить!″ Представила, как клыками прокусываю нежную кожу, впиваюсь в вену и пью, пью… Все, до последней капли…

− Госпожа, − ворвался в мое сознание бархатистый мужской голос, испугав меня. — Мое имя Делис.

Я мотнула головой, отгоняя кровожадные мысли. ″Нет-нет, нельзя пить все. Нельзя… Но так хочется…″ Пробежалась взглядом по комнате, чувствуя себя, загнанным зверьком в клетке. ″Где же Макс? Или он это специально? Проверяет меня?″

− Госпожа? — удивленно спросил парень, остановившись в пяти шагах от меня.

Стараясь смотреть ему в глаза, пыталась не забыть, что он живой человек, а не источник пищи. Делис делал шаг ко мне, а я отступала на два. Уперевшись спиной в стену, запаниковала еще больше. Желание наброситься на парня было не просто непреодолимым. Каждая клеточка моего тела тянулась к нему, требовала насытиться такой вкусной, сладкой кровью.

− Не подходи! — прорычала я, клацнув зубами, когда парень хотел подойти еще ближе.

− Госпожа, ведь Вы голодны, − добродушно улыбнулся парень. — Я пришел утолить Ваш голод.

Я вцепилась пальцами в стену, царапая ее ногтями, тем самым удерживая себя на месте. Нервно закусила нижнюю губу, пробив ее клыками, но боль не принесла облегчения, не отвлекла. Вкус крови совсем сорвал мне крышу, глаза застлала красная пелена. В мгновение ока я преодолела расстояние между собой и парнем и, обвив его руками, впилась клыками в его шею.

″М-м-м, божественно!″

Каждый нерв в теле вопил от удовольствия. Глоток… Глоток… Еще один… Вкусно! Еще и еще… Тук-тук. Тук-тук… Как сладок этот звук… Биение сердца…

Сквозь пелену удовольствия я ощутила, как напряглось тело парня. Он судорожно глотнул воздух и попытался отстраниться, безрезультатно цепляясь пальцами за ткань платья на моей спине.

″Нужно отпустить… Нет-нет, еще чуть-чуть… Я убью его, если не отпущу… Ну, еще глоточек… Совсем маленький… Нет! А ну, собралась и отпустила парня!″

Внушение подействовало. Не без труда разжала челюсть, отстранилась, но полностью парня из своих объятий не выпустила. На меня посмотрели затуманенные карие глаза, а из губ Делиса сорвался едва слышный стон.

− Спасибо, госпожа, − от слабого шепота парня я содрогнулась, как от удара плетью.

Перед тем, как отпустить Делиса полностью, не удержалась от соблазна и слизала кровь, выступившую из ранок на его шее. Пошатываясь при каждом шаге, парень пошел к выходу из комнаты. Он еще не дошел, как дверь широко распахнулась, и вошел Макс. Я еще пыталась сдержаться, чтобы вновь не наброситься на несчастного парня, но при появлении вампира моя выдержка лопнула, как мыльный пузырь. Быстрым движением скользнула вперед и повалила Макса на пол. За мгновение до того, как впиться в его шею, заметила в синих глазах блондина удивление и замешательство.

Раз. Отклоняем голову жертвы, открывая доступ к шее. Два. Клыки пронзают кожу. Три. Рот наполняется опьяняющей горячей кровью. Четыре. Прижимаюсь сильнее, едва не мурлыча от удовольствия. Краем сознания отмечаю, как чьи-то руки нежно поглаживают мою спину, опускаются ниже, не пытаясь меня отстранить. Тело подо мной полностью расслабленно, что приносит еще больше удовольствия. Но чего-то не хватало. Какого-то маленького нюанса.

Запястье правой руки, которой я удерживала голову вампира, пронзила мимолетная боль, взорвавшаяся перед глазами разноцветными искрами…

А потом оказалось, что я, абсолютно обнаженная, лежу на широкой кровати с черными простынями, которые приятно холодят мою разгоряченную кожу. В воздухе витает приятный терпкий запах. Надо мной склоняется Макс. Из одежды на нем тоже ничего не наблюдается. Он целует меня. Сначала легко, словно крылья бабочки на секунду прикоснулись к моим губам, щекам, шее, груди… С каждым разом поцелуи становятся все сильнее и напористей, разжигая во мне пламя — обжигающее до боли, неудержимое и ненасытное. Макс отстраняется, совсем чуть-чуть, заглядывает в глаза. Тянусь за ним и получаю награду. Еще один поцелуй. Горячие, жадные ладони вампира нежно прикасаются к коже, вызывая в теле дрожь, срывая с губ стон и заставляя задыхаться. Короткие поцелуи словно клеймят, оставляя обжигающие следы на коже. Прошу о большем, потому что этого мало. Очень мало… И получаю желаемое. Буквально рычу от удовольствия, почувствовав плоть вампира в себе и слыша его ответное рычание. Макс двигается то плавно, медленно, то совершая стремительный и сильный рывок, а потом снова медленно. Внутри живота становиться еще горячее, словно там кипит лава. Что-то внутри скручивается все туже и туже… И вот, взрыв, заставляющий мое тело биться в судорогах удовольствия и выгибаться дугой в руках Макса…

− Едрить твою налево! — воскликнула я, резко возвращаясь в реальность. Отпрыгиваю от лежащего на полу вампира к противоположной стенке и обессилено опускаюсь на пол, склонилась спиной на стену. Тело дрожит, воздух приходится жадно хватать ртом, как выброшенная на берег рыба. Сердце в груди стучит на бешеной скорости, словно хочет разорвать грудную клетку, чтобы выбраться на волю. А Макс, как ни в чем не бывало, поднялся на ноги, отряхнул одежду и, довольно ухмыляясь, подошел ко мне.

− Ты запачкалась, куколка, − вампир присел на корточки, упершись руками в стену по обе стороны моей головы, приблизил свое лицо и… облизал мои губы и кожу вокруг них. Это было… омерзительно? Нет… А Макс потом еще и поцеловал, ошарашенную меня, слегка прикусив мою нижнюю губу клыками.

− Что… только что… было? − дрожащим голосом спросила я, довольно щурясь от ласки вампира.

− Пойдем, − Макс медленно провел пальцами по моей щеке и поднялся. Едва удержала протестующий стон и потянулась за его рукой, вызвав довольный хохот блондина. — Нужно переодеть тебя, а потом спустимся в зал. Ну же!

Не дождавшись ответа на свой вопрос, поднялась, проигнорировав протянутую руку вампира, и получила еще один веселый хохот блондина.

Мы вернулись назад в мою комнату. На краешке кровати аккуратной стопочкой лежала сложенная одежда. Я замерла на месте, решая как поступить: пойти в ванную и переодеться или подождать пока Макс выйдет. ″Ну, не думает же он, в самом деле, меня переодевать?″ Ошиблась. Макс медленно снял с меня платье и одел в розовый короткий топ и спортивного покроя штаны такого же цвета. ″Ненавижу розовое!″

Я старалась не вздрагивать, когда вампир прикасался ко мне и, вообще, пыталась думать о чем-то нейтральном, например, о курсе иностранной валюты или о проблемах с экологией нашей планеты. Но ничего не получалось. В голове время от времени всплывали картинки того, что случилось, когда я пила кровь Макса.

Потом вампир заплел мои волосы в косу, при этом напевая себе что-то под нос. После всего критично осмотрел меня, отойдя на несколько шагов, довольно хмыкнул и, взяв за руку, вывел меня из комнаты. На этот раз мы спускались вниз по лестнице. Скорее всего в подвал. Кстати, довольно таки глубокий подвал. Слуг здесь не было, впрочем ак и освещение, которое нам было не нужно. Бросив мимолетный взгляд на Макса, зажала рот ладонью свободной руки, сдерживая вскрик, но не от страха. Глаза вампира горели в темноте двумя синими огоньками. ″Словно фонарики″, − подумала я, и все-таки не удержавшись, фыркнула от смеха.

− Да? — остановившись перед какой-то дверью, Макс вопросительно на меня посмотрел и улыбнулся. — Ты себя еще в зеркале не видела, куколка.

За дверью оказался просторный зал. Без украшений или еще каких-нибудь изяществ, только на одной из стен висело множество мечей, клинков, ножей и другого колюще-режущего оружия, не поддающегося моей классификации.

− Нападай, − остановив меня в центре зала, Макс отошел на несколько шагов. — Давай.

− Что? — непонимающе уставилась на парня.

− Нападай. Ты ведь хочешь ударить меня, куколка, − вампир похабно улыбнулся, оскалившись, и подмигнул.

− Ничего я не хочу, − ответила более правдоподобно, горя желанием врезать пару раз по нагло ухмыляющейся морде блондинистого вампирюги.

− Ляля, а-я-яй, врать не хорошо, − пожурил меня пальцем Макс, словно маленькую. — Нападай или…

− Или? — вопросительно изогнула бровь, обдумывая как бы получше напасть и что потом мне будет, если удастся ударить вампира.

− Или за непослушание накажу, − и Макс расплылся в довольной улыбке. — Ведь иллюзия тебе понравилась? Я еще и не такое могу. Хочешь, повторим, Ляля?

− Какая иллю… − я запнулась на полуслове, поняв, о чем говорит блондин. Все то, что я увидела и ощутила, когда пила его кровь.

″Нет, не хочется мне повторять, хоть и было хорошо… эм-м… Плохо было, плохо. Мне не понравилось! Ну, держись, клыкастая морда!″ Без предупреждения я бросилась на вампира, но он ушел в сторону, уклоняясь от моего удара. ″Эх, говорил отец: Давай запишем тебя в секцию карате. Но мама захотела, чтобы я танцам училась, ведь драка — не достойное занятие для ее девочки″.

Смеясь, Макс уворачивался от всех моих выпадов. Устала ли я? Нет, меня захватил азарт. Разозлилась ли? О, да! Очень. Комната вдруг стала похожей на смазанную картинку. Удар. Еще один. Удар… и я попала. Правда, всего лишь в плечо вампиру, но зато была вознагражденная удивленной моськой блондина.

− Еще, − потребовал Макс, но уже не ухмылялся, а нахмурившись наблюдал за мной.

″Еще, так еще″, − мысленно хмыкнула и бросилась в атаку. В этот раз у меня получилось лучше. Намного лучше. Мне удалось сбить Макса с ног, попав кулаком ему в щеку.

− Ура! Да! Вот это удовольствие! — радостно воскликнула я, подпрыгнув на месте. Рука немного болела, но ведь по сравнению с моим триумфом это мелочи, правда же? Улыбаясь, склонилась над вампиром.

− Интересно, − задумчиво пробормотал он, посмотрев на меня оценивающе. ″Бр-р, опять, как рентген!″

− Что интересно? — полюбопытствовала, протянув руку Максу.

″Оказывается, биение морд сближает″, − с иронией отметила я, когда вампир, улыбнувшись, поднялся на ноги, воспользовавшись моей помощью.

12345





Источник: https://www.LitLib.net/bk/40224/read
Смотрите также